Le Dix & Quadrille Balenciaga

Если я не ошибаюсь, Десятка и Четверка прижизненные творения. Отличаются. Очень отличаются от более поздних ароматов дома Balenciaga.
Le Dix 1947
Теперь я знаю по мотивам чего делалась Ирис пудр Малля. Формально похожи. Но не настроением. Старым баленсиагам свойственно одно общее настроение — безмятежность. Как холодные фиалковые глаза на улыбающемся лице молоденькой Лиз Тэйлор.
Жесткое бергамотно-альдегидное начало, почти шипровое. Затем прохладная горьковатая сирень, засахаренные фиалки и оррис, оррис, оррис …. а в базе нежные и томные, экзотические кофейно-ореховые бальзамы .
Такое нынче не делают. Может быть просто не для кого?

Quadrille 1955
Земляничная поляна под июльским солнцем. Запах горного ручья, ветра в скалах, оголённого жестокой стихией корешка храброго растеньица, живущего на камнях. Прохлада замшелого валуна, солнечный зайчик на коре 300-летнего дуба …. и безмятежность, возможная только в детстве.
Все то, что я люблю в шипрах — пейзаж, открытая композиция.

Rue de la Paix Guerlain

Рюшечка …..

Тень хрупкой фигурки на мокрой мостовой. Туман спрятал фонари а ярко освещенные витрины превратил в экзотические аквариумы. Туфли на тонкой кожаной подошве совсем промокли.  Равнодушные человеческие существа с размытыми лицами распахивают двери магазинов и лавочек, выпуская на улицу тепло. Гвоздика в петлице тусклая как одинокая звезда в мокром небе …

Ode Guerlain — бутилированное солнце

Алхимик собрал все хранилища солнца на земле: подсолнухи и одуванчики, мерцающие по ночам гнилушки и светляков, плоды солнечного цвета и желтое перо иволги …..

Это все поэзия, конечно. На самом деле альдегиды и флердоранж, нероли и иланг, роза как междометие и неизбежный ирис, все это «согрето» цибетином. Очень тяжело препарировать  такую радостную, светлую субстанцию, созданную вечно молодым композитором.

Liu Guerlain

Когда еще о нем написать? Так и не придумала когда и куда ходить в таком строгом цветочно-альдегидном великолепии. Пожилой отличается от современного богатством и глубиной. Альдегиды сердитые но ручные как шляпная булавка. На подмогу звонкому английскому рожку жасмина и флердоранжа крадется густой сладкий нарцисс, на заднем плане пьяняще-горькая узнаваемая, родная и любимая герленовская роза. Подкладка из нежнейшего ириса. Парча и бархат, алансонские кружева и непрактичные атласные бальные туфельки. Шампанского и в оперу.